Пример

Prev Next
.
.

ЛитературоНЕведение

  • Главная
    Главная Страница отображения всех блогов сайта
  • Категории
    Категории Страница отображения списка категорий системы блогов сайта.
  • Теги
    Теги Отображает список тегов, которые были использованы в блоге
  • Блоггеры
    Блоггеры Список лучших блоггеров сайта.
  • Авторизация
    Войти Login form


Суок, как кукла наследника Тутти. И как жена Грицацуева

Добавлено : Дата: в разделе: ЛитературоНЕведение
  • Размер шрифта: Больше Меньше
  • Просмотров: 2928
  • Подписаться на обновления поста
  • Печатать

Сегодня в нашем иллюзионе – продолжение!

О том, что женитьба Остапа Бендера на мадам Грицацуевой, которую всякий знает и помнит, оказалась не выдуманной из головы.

А – записанной по памяти! В «зеркальном» варианте.

 Учёные-литературовсеведы, кажется, прошли мимо этого эпизода.
Никто не удосужился сопоставить. Какгрится.

Ну, что ж: сбор колосков. В смысле: сбор «Двенадцати стульев».
Существует версия (правдоподобная: почему бы и нет?), что сюжет своему младшему брату Евгению, будущему Петрову, и его напарнику Иехиелю Файнзильбергу, будущему Ильфу, вполне сознательно подсказал молодой да ранний Валентин Катаев. Братский, т.ск., покровитель обоих дебютантов.
Не зная: что скоро сам угодит в подсказанный им переплёт. Вернее: «с группой товарищей.».
Ибо кое-какие эпизоды, повороты, ходы и сюжеты из жизни Великого Комбинатора**, опять же – бессознательная, невольная подсказка старшего Валентина.
Сознательности, ибо – никакой.

Зато «бес-» – сколько угодно:

И сам. И друг Юра. И возлюбленная юрина Серафима.
Более того: в том самом переплёте вся эта реальная история отразилась – как и положено в зеркале – на 180° – с модными нынче половыми превращениями (не «извращениями», - «превращениями»). Гендерной перверсией, короче говоря. От лат.
perversiō - «переворачивание». Реальная барышня, грянувшись оземь – превращается в сказочного добра молодца, сына турецкоподданного.
Предвосхищая, т.ск., Альмодовара, «В джазе только девушки» - и фильм-комедию «Тутси» с Дастином Хофманом.
«Тутси»... «Тутти»...
«Фрутти»...
Но это всё «я ловлю в последнем отголоске». Литературном отголоске, выдумке. Колоске несжатом.
Какая разница..
Жизнь, она – и раньше, и затейливей, и круче самого затейливого авантюрного романа.
Конкретно?
Сейчас.
Как звали у Олеши куклу наследника Тутти?
Правильно: Суок.
А возлюбленную автора? Дочку австрийскоподданного.
Которую?
(Правильный вопрос. Ответ: «Обеих»).
Ну, это – общеее. Известное.
Вобщем, - вот
– в тартуских комментариях к «Алмазному венцу» позднего Великого Мовиста:
«С. 105–107 Мы прижились в чужом Харькове — кавалеру де Гриë. — ср. с изложением этого эпизода Г. И. Поляковым, в 1935 г., со слов С. Г. Суок, Л. Г. Суок, Ю. Олеши и К.:

«Познакомились на одном из литературных вечеров с одним бухгалтером, который питал слабость к стихам и даже сам пописывал стихи под псевдонимом Мак (начальные инициалы). Попавши к Багрицким и Олешам <…> он сразу влюбился в Симу <…>, бывшую в то время женой Олеши. В это время Багрицкие и Олеши успели уже распродать почти все вещи, и становилось туго, у бухгалтера же водились кое-какие запасы продовольствия — он служил и получал паек. Решили использовать знакомство с ним для того, чтобы подкормиться. Вначале у него несколько раз были в гостях одни сестры, затем они привели с собой мужей, причем бухгалтеру не было известно, что они являются мужьями сестер <…> В дальнейшем любовь бухгалтера настолько возросла, что он предложил Симе руку и сердце. Легкомыслие компании было настолько велико, что для того, чтобы позабавиться и как следует “погулять”, решено было согласиться на это предложение, причем сам Олеша совершенно не протестовал против такого оборота» (Спивак. С. 179–180). После заключения брака С. Г. Суок и Мака «Багрицкий и Олеша сидели вдвоем в подавленном состоянии. Решено было идти выручать Симу и забрать ее домой. Пошел Олеша. Однако хозяин даже не пустил его на порог. В это время пришел В. Катаев. узнав, в чем дело, он принялся за него более решительно. Придя к бухгалтеру, с которым не был знаком, он вызвал его якобы по делу. Вошел в комнату и сказал: “Ну, Сима, собирайтесь”. Бухгалтер даже не протестовал, настолько он был ошеломлен такой решительностью <…> Сима быстро собрала свои вещи, прихватив попутно также и кое-что из вещей бухгалтера <…> Бухгалтер не прекратил после этого знакомства с Багрицким и Олешей. Он временами приходил к друзьям, садился в уголок комнаты и восторженно смотрел на Симу, прося в качестве особой милости позволить ему посидеть и полюбоваться ею еще несколько минут. В таких случаях Катаев, если он был при этом, брал на себя роль распорядителя и говорил: “Вам разрешается пробыть еще 10 минут, Мак” или: “Ваш срок истек”. В последнем случае бухгалтер беспрекословно вставал и уходил» (Спивак. С. 180–182).».
Осторожно, кавычки закрываются...
Но коммент?
Да?
Смотрим – в самом верху – название заметки. Метаметки, т.ск.
Ещё заголовки-заготовки меткого Д.Ф.:
«Великие Комбинаторы Честного Отъёма, или Свадьба бухгалтера Грицацуева»,
«И альфонсы сыты – и суоки целы».

Заголовков тут – на полный абзац. Хотя, прямых доказательств – нет. Да и кому – прямые доказательства? Участковому? У литературозаведов их почти никогда нет. Свечку не держали даже мужья-классики.

Литературомедведам нужен другой мёд.

Всё же, в эпизоде плутовской свадьбы имеет место, вывернутый весёльчаками-соавторами на гендерную изнанку, первый катаевский мемуар с намёками.

Задолго до мовизма и «алмазного венца»..

С курящим в сторонке свою траву забвения старшим.
Он знал, Мовист – о чём им писать. Что подсказывать брату.


...............................................................................................

Почему Трёх Толстяков – трое, или Толкование снов.
**  О лежащей на поверхности, сугубо номинативной связи Великого Комбинатора великих пересмешников – и Великого Инквизитора. Других кое-каких подобных вешках (Не «вещах», – «вещках»). Не будем углубляться.. Нигде не читал готовых разборов. (Или они – есть?).

Если не ошибаюсь, у них, у коршунов-кощунов, впервые встречается фамилия «Толстоевский»?.

Вроде, опять – сугубо номинативное сходство..
А ведь очень многое можно сказать, основываясь на этом благодатном материале. О резко, скачком, изменившемся в двух войнах начала прошлого века, за буквально десять лет – восприятии Достоевского, других классиков. Классической оппозиции Достоевский-Толстой и пр. – живыми людьми тех 20-х годов.
Очень даже живыми.
Довольно наблюдательными. Чуткими к.

Большое поле для литературомедведов.

Дикое, можно сказать. Непаханое.

 

 

.

Комментарии

No post has been created yet.