(о мужском и женском. записки из роддома)

Люди рождаются в странном и страшном месте, имя которому – родильный дом.
Вступая на  территорию роддома, женщина  перестает быть человеком (в культурном и гуманитарном смысле этого слова), она  теряет свою идентичность, право на обладание личными вещами и ношение одежды. Все ее заслуги перед обществом, наукой, искусством перестают иметь какой-либо смысл. От нее остается только тело. И только тело представляет на этом пространстве интерес. Но  даже на него у женщины нет особых прав.  Ее тело в любой момент может быть изъято медперсоналом для осмотра, подвергнуто инъекциям, отвезено в операционную и т.п., и в конечном счете  вообще перестает восприниматься как нечто личное. Здесь тело является всего лишь биологической материей, а не объектом права, искусства, желания или философии.

 

Процесс рождения ребенка, который переживает женщина –  наивысший телесный опыт, который неведом мужчине. И только испытав его, я, как ни странно, могу прислушаться к консервативному представлению о мужчине как исключительном носителе духовности. Не потому, что женщина этой духовности лишена, а потому, что мужчина лишен груза телесности, свободен от нее, она не мешает ему возноситься к вершинам духа.

Женщина скована своим телом. Любые эмансипированные попытки его преодолеть – быть как мужчина – как правило, обходятся слишком дорого или приводят к разочарованию.
Мужчина – другое дело.  Он волен пойти с посохом по миру.  Он может поселиться в списанном трейлере, пить виски и курить марихуану,  разрушая свое тело и рассуждая о бесконечности звездного неба.  И даже в этом случае он останется личностью, человеком который верен себе. Он может позволить себе жесты небывалой щедрости – пройти по краю бездны,  сорваться, сгинуть, сгореть, спустить жизнь в унитаз  – и все это будет в рамках его предназначения, пусть и со знаком минус.
Женщина не имеет  трансцендентального права на все это. Она  вынуждена все время помнить о теле,  чтобы однажды отбросить все "человеческое, слишком человеческое" и стать плодотворной материей для новой жизни.