*

Древо познаний, каким его помнит Ева,

интуитивное, неуловимо женское

прячет начало в яблочном полушарье левом,

плодонося - как объясняясь жестами.

 

Ялтинский лук, напротив, вонзает стержень

в самое яблочко. Чуждый любой полемики

климат Эдема традиционно сдержан:

в райском саду все корешки - эндемики.

 

Я при корнях сижу под могучей кроной:

листьями сплевывает солнечный яд, отсасывая,

Осень - из ранки в садик, посеребренный

инеем, что заменяет посуду разовую.

 

*

Наблюдал, как срываются капли –

горящею паклей,

как вспыхивают внутри

себя, наступая на те же грабли,

что и газовые фонари

там, где серость дождливого лета

интенсивней калильного света,

сколько он не гори.

 

Я смотрел на великую силу,

что с шипением тушит в песке

огонек противления илу,

(узким горлышком путь Фермопилы

преградили персидской тоске).

Да их тьмы. Но искрою по жилам

пробегает бенгальский огонь,

и веревку измазавши мылом

и ладонь.