Все чего-то ждут. В темноте. Ничего не происходит. В шелест вмешиваются позвякивания, посвистывания. Подготовленный зритель, который в данном случае исключительно слушатель, погружается в ауру предрассветного летнего леса. Неподготовленный продолжает ждать, что вот, вспыхнут софиты, вырвут из тьмы лицо главного героя, и раздастся, наконец, голос, и начнётся, наконец, действие.

В Москве, как в Греции, всё есть. Есть, к примеру, люди, которые прожили здесь жизнь и ни разу не были в театре. А есть такие, кто ходит в театры чуть ли не каждый день. И те, и другие достойны удивления, но первые большего. И те, и другие однажды, зажав в руке билет, могут усесться в одном зале, где медленно гаснет свет и скрывает сцену, заставленную странными предметами, и исполнителей в чёрном, помахивающих бумажными метёлками, слабо шелестящими. Ночь.

Утро. В слабо пробуждающемся свете начинаются силовые упражнения исполнителей с непонятными машинами на сцене. И подготовленный зритель-слушатель угадывает усиливающиеся порывы ветра, отдалённые раскаты грома. Неподготовленный зритель всё ещё чего-то ждёт в досаде и отчаянии. Всплески приближающейся грозы усиливают отчаяние, взвинчивают досаду. И неподготовленный пускается в бегство. Обиженный встаёт и уходит. А подготовленный, чувствуя в себе позывные флэшмоба, стихийно раскрывает зонт.

"Звуковые ландшафты". Режиссёр и композитор Пётр Айду. Премия "Золотая маска" 2016 г. - "Лучший спектакль - эксперимент". Театр "Школа драматического искусства", Москва.